Гамидов и банк «Эльбин»: крах столпов

Самый крупный коммерческий банк Дагестана — «Эльбин» — рухнул вскоре после ареста премьера Абдусамада Гамидова

26 апреля зампред Банка России Дмитрий Тулин своим приказом отозвал лицензию у банка «Эльбин», история которого началась 25 лет назад. Создание этого банка, одного из первых коммерческих в Дагестане, принято связывать с Гамидом Гамидовым.

Лиха беда начало

Бывший комсомольский функционер Гамид Гамидов на рубеже 1990-х годов занялся предпринимательством в финансово-кредитной сфере. Сначала он открыл в Махачкале филиал «Элбинбанка», а затем – банк «Эльбин». Сам Гамидов в списке учредителей «Эльбина» не значился. Среди учредителей фигурировала его родная сестра Баканай и еще несколько физических и юридических лиц, в том числе завод имени Гаджиева и Дербентский коньячный комбинат. Младший брат Гамидова – Абдусамад – возглавлял правление «Эльбина» (позже на этом посту его сменила сестра, Баканай Гамидова).

С момента создания и до февраля 2018 года у банка «Эльбин» не было больших сложностей во взаимоотношениях с Банком России. В период становления «Эльбина» покровительство ему обеспечивал Гамид Гамидов, который поочередно работал начальником Главного управления Центробанка в республике, депутатом Государственной Думы, министром финансов Дагестана. В 1996 году он был убит – теракт произошел утром 20 августа, когда Гамидов подъехал к зданию министерства.

Гамид Гамидова

В дальнейшем гарантом стабильного существования банка «Эльбин» стал Абдусамад Гамидов, который после гибели старшего брата возглавил Минфин республики. В министерском кресле Абдусамад Мустафаевич просидел 17 лет. В июле 2013 года он пошел на повышение: врио главы Дагестана Рамазан Абдулатипов назначил Гамидова председателем правительства. При этом в блогосфере курсировали слухи, что за новую должность Гамидов заплатил 25 млн рублей.

Тучи над «Эльбином»

Тучи на горизонте банка «Эльбин» сгустились лишь однажды, в конце 2012 года. Руководитель Росфинмониторинга Юрий Чиханчин направил отчет о проверке северокавказских банков полпреду президента в СКФО Александру Хлопонину. В документе сообщалось, что многие коммерческие банки Дагестана представляют собой обнальные площадки, причем «владельцами некоторых из них являются известные на региональном уровне политики и топ-менеджеры энергетических компаний».

За 1,5 – 3 процента дагестанские банки обналичивали деньги московским фирмам, выигравшим непрозрачные тендеры. За это Махачкала и получила неофициальный статус столицы обналичивания. Сменивший в 1992 году Гамида Гамидова на посту начальника Главного управления Центробанка в Дагестане Сиражутдин Ильясов не скрывал, что его ведомство было щедрым кассиром. Банкам республики выдавалось в день до 1,5 миллиардов наличных. По большей части деньги перевозились из Махачкалы в Москву самолетами, и в 2013 году один такой канал был перекрыт сотрудниками силовых структур в аэропорту «Шереметьево». Сначала были задержаны курьеры, а затем организаторы преступной группы – московский финансист Игорь Кузнецов и депутат Левашинского райсобрания Дагестана Абдулла Гасанов. Им вменили обналичивание нескольких миллиардов рублей.

В конце 2012 года в Дагестане действовали 30 банков – по их количеству республика занимала третье место в стране после Москвы и Санкт-Петербурга. Но уже начиная с 2013 года дагестанские «площадки» стали закрываться решением Банка России одна за другой: Трансэнергобанк, Дагэнергобанк (аффилирован с бывшим гендиректор ОАО «Дагэнерго» Гамзатом Гамзатовым), «Экспресс» (связывают с семьей сенатора Ильяса Умаханова), Эсид-банк, Трастовый банк, Имбанк, «Эно» (долгое время был аффилирован со спикером Народного собрания Хизри Шихсаидовым, но за год до отзыва лицензии члены его семьи вышли из капитала банка). В апреле 2013 года и банк «Эльбин» привлекался к административной ответственности за неисполнение требований антиотмывочного законодательства, но отделался предупреждением. Зачистка финансово-кредитного сектора в республике продолжалась и в 2014-м, и в 2015-м годах. В результате на плаву остались лишь несколько коммерческих банка, в том числе и «Эльбин». И если руководство Банка России и Росфинмониторинга объясняло сокращение дагестанских банков допущенными ими нарушениями законодательства, то у банкиров и правительства РД было иное мнение. На одном из профильных совещаний под председательством премьера Абдусамада Гамидова прозвучало мнение, что местные банки закрывают по политическим мотивам – чтобы продвигать в Дагестане филиалы крупных российских банков.

Абдусамад Гамидов

— Есть воры, есть жулики, ловите их, сажайте в тюрьму. А порядочных нормальных людей, которые занимаются своим делом, их надо оставить в покое, — заступился премьер за дагестанских банкиров, включая и родную сестру Баканай Гамидову. – Местные банки приносят больше пользы для нашей республики, для наших людей, нежели филиалы крупных банков Российской Федерации.

В свою очередь федеральные эксперты полагают, что регулятор мог закрыть «Эльбин» наряду с остальными дагестанскими «площадками». Но не закрыл – по политическим мотивам, ведь этот банк был связан с председателем регионального правительства Абдусамадом Гамидовым.

Крупный, дагестанский

По российским меркам банк Гамидовых – до недавнего времени Баканай Гамидова была председателем правления, кроме того, ей принадлежит 16-процентный пакет акций – был небольшим.

Банк «Эльбин»

По данным портала «1000 банков», на 1 апреля этого года по размеру активов «Эльбин» располагался на 697 месте, по объему вкладов — на 689 месте, по сумме выданных кредитов — на 642 месте.  Однако в Дагестане после финансово-кредитной зачистки это был самый крупный частный банк с размером уставного капитала 310 млн рублей. Сеть «Эльбина» состояла из 18 дополнительных офисов в городах и райцентрах республики, четырех операционных касс вне кассового узла и двух филиалов – в Москве и Владикавказе.

Три версии мошенничества

Судя по последним событиям, «Эльбин» мог выполнять функцию обналичивания бюджетных денег, но только уже не для московских, а для дагестанских чиновников и предпринимателей.

5 февраля этого года в Махачкале был арестован Абдусамад Гамидов, которого на следующий день заключили под стражу как обвиняемого в крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Спустя несколько дней издание РБК со ссылкой на справку ФСБ сообщило об участии банка «Эльбин» в мошеннических схемах Гамидова и его подчиненных, в том числе руководителя казенного учреждения «Дирекция государственного заказчика-застройщика» Шамиля Кадиева. Последний был арестован летом 2015 года, и, очевидно, пошел на сделку со следствием, так как справка базируется преимущественно на его показаниях.

В документе говорится, что Абдусамад Гамидов принял Кадиева на работу при условии, что тот будет платить ему 5-процентные откаты и будет склонять подрядчиков открывать счета в банке «Эльбин». За три года «Дирекция» заключила контракты на реконструкцию и ремонт социальных и инфраструктурных объектов почти на 6 млрд бюджетных средств. Согласно справке ФСБ, все эти средства проходили через корреспондентский счет банка «Эльбин».

Далее средства, как сообщают другие источники, выдавались в виде крупных «невозвратных» кредитов предпринимателям и чиновникам разных уровней, от республиканского до окружного и федерального. Как передавал телеграмм-канал «Мысли-не мысли», «именно благодаря предоставлению кредитов на «особых условиях» под проекты крупных чиновников и влиятельных бизнесменов», которые лишь в редких случаях возвращали деньги банку, Абдусамад Гамидов и его мекегинский клан распространили свое влияние практически на все регионы Северного Кавказа и юга страны.

По данным других источников, средства также переправлялись за рубеж – наличными, например, в ОАЭ. Дубай в последнее время стал прибежищем состоятельных дагестанцев. Здесь, по слухам, третий год скрывается от российского следствия бывший руководитель республиканского отделения Пенсионного фонда Сагид Муртазалиев (его обвиняют в финансировании терроризма). В Эмиратах замечена и золотая молодежь из Дагестана, которая выкладывает в соцсети ролики своего разухабистого заграничного отдыха.

Наконец, в Эмираты до недавнего времени летал и частный суперджет Сулеймана Керимова: принадлежавшая до конца 2016 года сенатору футбольная команда «Анжи» проводила сборы на берегу Индийского океана. К слову, и сам Керимов передвигался по миру на собственном самолете и, по версии правоохранителей Франции, перевозил в нем незадекларированную наличность. Задержанного в ноябре 2017 года сенатора Керимова французы обвинили в ввозе в страну от 500 до 750 млн евро наличных денег. Уже прошла предварительная информация, что это были средства «дагестанского ландромата» (landromate – «прачечная» по-английски). Происхождение денег сейчас выясняет французское следствие, после чего и будет ясно, каков в этой наличности процент банка «Эльбин»…

Наконец, деньги гамидовского банка, по версии еще одного близкого к следствию источника, переводилась в некие венчурные и спортивные фонды, затем обналичивалась через липовые контракты. На обналиченные средства близкое окружение дагестанских чиновников и связанных с ними предпринимателей приобретало недвижимость за границей: в Эмиратах, Европе и США.

Прозрение регулятора

После того, как информация о, скажем так, непубличной деятельности «Эльбина» просочилась в СМИ, банком занялись правоохранительные структуры и финансовый регулятор. В середине февраля прокуратура Советского района Махачкалы открыла в отношении банка административное производство за нарушение нормативов, установленных Банком России (ч.2 ст. 15.26 КоАП). Поводом стала работа пунктов обмена валюты банка «Эльбин» в Москве, хотя ранее банк сообщил в ЦБР об их закрытии. Административное разбирательство ничем серьезным, кроме штрафа в размере 30 тыс. рублей, банку не грозило. Радикальные меры спустя две месяца, в апреле, предприняло руководство Банка России, отозвав у «Эльбина» лицензию на ведение банковской деятельности.

Зампред ЦБР Дмитрий Тулин

Возможно, решение было политическим, ведь теперь связанный с банком Абдусамад Гамидов не высокопоставленный чиновник Дагестана, а подследственный, да и банк, очевидно, фигурирует в материалах уголовного дела. Но у регулятора нашлись и другие веские основания для отзыва лицензии. Как говорится в приказе зампреда ЦБР Дмитрия Тулина, банк «Эльбин» не исполнял федеральные законы о банковской деятельности, нормативные акты ЦБР, неоднократно в течение года нарушал требования закона «O противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Кроме того, «Эльбин» не отражал в бухгалтерской отчетности, представляемой Банку России, ряд валютно-обменных операций. Как сообщила пресс-служба регулятора, информация о деятельности банка «Эльбин», в которой усматриваются признаки уголовных деяний, направлена в правоохранительные органы.

Таким образом, в нынешнем году мы наблюдаем завершение 25-летней биографии одного из первых коммерческих банков Дагестана, а также одного из самых влиятельных кланов республики – Гамидовых.

Тимур Иванов

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *